Министр обороны Латвии Артис Пабрикс на на международной конференции в Берлине, упрекнул немецких политиков в наивности. Перед 24 февраля, по его словам, все были слепы, никто не верил предупреждениям Риги об агрессивности России, пишет DW.

Но и в первые дни после 24 февраля, напомнил Пабрикс, были и немецкие генералы, уверявшие, что в Украине все скоро будет кончено, а потому надо, дескать, искать компромисс в ущерб собственной свободе и собственной совести.

Ошибочной считает латвийский министр и долго шедшую в Германии дискуссию о наступательных и оборонительных вооружениях: "Любое оружие смертельно в руках убийцы". Критикует он и нежелание Германии поставлять Украине дальнобойные вооружения, которыми можно достать до территории России.

Что это значит на практике, спрашивает он: если украинские солдаты выйдут на границу с Россией, у них что, автоматы надо отнять, потому что из них можно стрелять по российской территории? Такие соображения, считает министр обороны Латвии, привели к задержкам в поставках Украине необходимой боевой техники.

"Если бы с самого начала - а еще лучше до вторжения России - мы бы оказали Украине должную военную, гуманитарную и экономическую помощь, - уверен Пабрикс, - то война была бы уже закончена".

По его словам, общая сумма сугубо военной немецкой помощи Украине составила примерно 800 миллионов евро. А Латвия, добавил он, с населением в неполных два миллиона человек, в 40 раз меньше, чем Германия, не пожалела 300 миллионов евро на военную помощь ВСУ.

Одну из причин такой сдержанности Германии Пабрикс видит в определенной "умиротворенности" немецкого общества после окончания Второй мировой войны. Германия, говорит он, видела саму себя экономической державой, и теперь немецкому обществу очень трудно понять необходимость изменений.

"Мы хотим, чтобы Германия стала и военной державой, - заявил министр обороны Латвии. - ЕС это, конечно, хорошо, но для начала мы хотим увидеть, на что способны немцы, многое зависит именно от военной мощи вашей страны". Пока же, сетует Пабрикс, военная мощь Германии совсем не соответствует ее мощи экономической.